Главная скрепа — донос

«За каждым доносом стоит личная выгода. Доносчики чувствуют себя в России все свободней и вольготней. Они поняли, что нет нормального суда, и обвиненный по доносу в политических грехах, обязательно будет осужден», — констатирует Матвей Ганапольский.

 

«Подлецы потому и успевают в своих делах, что поступают с честными людьми как с подлецами, а честные люди поступают с подлецами, как с честными людьми» (Виссарион Белинский).

 

Писучий народ только разогревается

Помните, когда-то мы встали утром и обнаружили, что какие-то религиозные подали в суд на кого-то за «оскорбление чувств». Я помню, все были в шоке! Все кричали – да как такое возможно, как можно измерить чувства и оскорбления. И совсем непонятно – он кричит, что его чувства оскорблены, а мои-то нет! Так что, мне подавать какой-то обратный иск, что мои чувства не оскорблены?

Короче, народ был в шоке, все громко кричали, но «Пусси-Райот» все же сели! Именно с той посадки, осененной попами, и началось то, про что Довлатов написал свою историческую фразу: «…И все же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов? Дзержинский? Ежов? Абакумов с Ягодой?».

Нет, писучий народ написал эти 4 миллиона доносов. И сейчас славное дело писучего народа продолжается, при этом не обязательно писАть.

Драматург Ринат Ташимов написал пьесу «Первый хлеб», пьесу поставил «Современник». И вот уже глава СКР берет на личный контроль проверку спектакля, потому что там Ахеджакова ругается матом, а «группа товарищей» написала донос, что там оскорбляют ветеранов Отечественной войны. Интересно, что проверкой театра занимается СКР, а не Минкульт или какой-то общественный совет театра, если такой есть. Так что, Ахеджаковой готовиться сидеть двушечку? Может и так, потому что она, глупышка, просто гениально играла свою роль, забыв, что нарушает два законопроекта, ужесточающие наказание за реабилитацию нацизма и публичное оскорбление ветеранов Отечественной войны. А публичное распространение ложных сведений о ветеранах приравнивается именно к реабилитации нацизма. Так что, гражданка Ахеджакова, хоть вы и великая актриса, но готовьте котомку. В лагере есть самодеятельность, там и будете блистать.

Но это не все. Вот этот драматург Ташимов, он ученик известного драматурга Николая Коляды. Так вот, Коляда заявил, что у него нет с Ташимовым ничего общего, он не его ученик. И это правильно, потому что писать пьесы для лагерного драмкружка Коляда не хочет, пусть их Ташимов пишет.

Вообще-то, деятели искусств активно включились в процесс написания доносов. Совсем недавно Татьяна Доронина, основатель и президент театра МХАТ им.Горького, накатала донос на нынешнего главного режиссера Боякова. Донос, как и водится, делится на две строгие части. В начале г-жа Доронина пишет Путину, а именно ему адресован донос, что Бояков ужасный режиссер, а вторая часть – обвинения, фактически, в антироссийской деятельности. Г-жа Доронина человек опытный, она понимает, что надо написать, чтобы человека убрали.

Пока уродская манера писать доносы в Путинской России только в начале пути, но народец уже понял, что доносом можно много важных личных вопросов решить. Гребенщиков был прав, сказав про сталинизм, что все преступления совершаются ради денег, меняются лишь объяснения, для оправдания войн в том числе. «Любимый и много раз отработанный способ: громко кричать о мире и идти на массовое убийство, чтобы отнять, забрать и присвоить чужое».

Думаю, он прав, за каждым доносом стоит какая-то личная выгода.

Доносчики чувствуют себя в России все свободней и вольготней. Они поняли, что нет нормального суда, и обвиненный по доносу в политических грехах, обязательно будет осужден.

Сталин был у власти 24 года, если считать с 29-го по 53-й. Разделите 4 миллиона на 24, это будет 166 666 доносов в год. Видите, одни шестерки.

Путину нужно еще четыре года, чтобы уравнять количество доносов.

Все будет, народ только разогревается.

Матвей Ганапольский