Протоптанной дорожкой гнилого «совка»

«Россия не просто вжилась в имперский образ СССР, выбрала его в качестве идеальной политической модели, но тем самым режим выбрал и судьбу СССР. Неизбежную и неотвратимую», — написал Александр Хоц, анализируя «речугу», которую «толкнул» небожитель.

Похвальное слово холодной войне

«Манежную» речь Путина еще долго будут анализировать, как программную. Но один ее аспект («фантастический», пользуясь эпитетом докладчика) нужно отметить отдельно.

Пожалуй, впервые в столь откровенном виде Россия заявила о претензиях на имперский статус, отождествив себя с СССР. Путин сообщил потрясенной общественности, что именно Россия «потеряла» территории бывших республик — вместе с их населением (видимо, включая страны Балтии, Грузию, Молдову и Украину).

Было высказано сокровенное: «После развала СССР Россия, которая в советское время называлась Советским Союзом (за границей ее так и называли: Советская Россия), если говорить о наших национальных границах, утратила 23,8 процента территории, 48,5 процента населения».

Около половины «россиян» (по этой бредовой теории) было «утрачено Россией» с распадом СССР. Стоит ли удивляться упорству, с которым Путин записывает русских и украинцев в единый народ, а территорию Украины относит к «утраченным» Россией?

То есть, речь идет об откровенном имперском манифесте, заявленном в виде курса еще на шесть лет.

С учетом его милитаристской «начинки», можно сделать два важных вывода.

  1. Россия не просто вжилась в имперский образ СССР, выбрала его в качестве идеальной политической модели: режим выбрал и судьбу СССР. Неизбежную и неотвратимую.
  2. Холодная война и гонка вооружений не случайно вновь возникли на горизонте, поскольку в советские годы они были реакцией Запада на глобальные амбиции архаичной системы. Дело не столько в «идеологическом противоборстве» (как считают многие). СССР (как и путинский режим сегодня) навязывал миру агрессивную архаику, порочную социальную модель, агрессивное «мессианство», не совместимое с цивилизованными нормами жизни.

 

Совершенно не важно, что «совковая» идеология (казалось бы) мало схожа с «православной духовностью» — обе авторитарные системы одинаково враждебны свободному миру и с одинаковой агрессией делают ставку на военное давление, идеологическую войну и информационные диверсии.

 

Россия 1 марта заявила о возрождении этих имперских амбиций — прямым текстом, в качестве официальной (нео-советской) доктрины. Подтвердив, что ее претензии будут опираться на гонку вооружений.

Нет сомнений, что новая конкуренция с Западом в военной сфере закончится так же, как и в 80-90-е.

Надорвавшаяся слабая экономика, ставшая жертвой глобальных аппетитов вождей-идиотов, приведет страну к краху.

Забава «помериться членами» с США (где бюджет одного Пентагона превышает бюджет путинской России) — выглядит полным фарсом, но ментально и психологически — отлично рисует глубину наших комплексов и фобий.

Российский обыватель не готов понять, что всем лучшим в своей пост-советской жизни (открытыми границами, полными полками магазинов, каким-никаким но все-таки рынком, правами человека и западными товарами) он обязан исключительно холодной войне и гонке вооружений, подорвавшим силы СССР. Как не готов он понять сегодня, что поражение путинизма в конфликте с Западом подарит новые возможности и шанс его убогому отечеству стать европейской страной.

Вступив на тропу холодной войны, Путин заведомо стратегически проигрывает. И здесь мы сталкиваемся со странным свойством путинского мира, который можно обозначит как тягу к Танатосу (к смерти, суициду, самоуничтожению). Тяга эта латентная и, тем не менее, очевидная.

 

Настаивая на имперской судьбе и войне с мощным противником, загоняя себя в изоляцию и порывая связи с миром, Россия (очевидно) выбирает сценарий исторической смерти. И упорно следует по этому пути, протоптанной дорожкой «совка».

 

«Комплекс Танатоса» — не случайно антитеза Эросу. Цивилизации, не находящие места в молодом, динамичном, мире, наполненном проектами будущего («эросом» будущего), подсознательно стремятся к уходу, не видя своих перспектив.

Дряхлость, рыхлость и вырождение «русского мира» (идеально выраженные в облике стареющего, одинокого вождя) — это приметы ухода, заката, исторического маразма и тупика. Агрессия в данном сценарии — жест национального отчаяния, а не признак появления новых сил.

Угроза успешному миру не является (сама по себе) успехом. Тупик остается тупиком, даже если ты способен изгадить жизнь соседям, пытаясь затянуть к себе в могилу побольше окружающих, полных надежд и будущего.

Старость — не радость, а агрессивная старость особенно. Даже если это «русский мир», а не конкретный человек.

Куда несешься ты на закате истории, зачем грозишь миру? Дай ответ, Русь! Не дает ответа… И только брезгливо сторонятся, печально глядя на нее, народы и государства…

Александр Хоц