Коммунальщина — это бл…во!

«С детства в моем сознании установилась неразрывная связь между коммунальной квартирой и «маленькой блестящей рыбкой». Еще тогда я догадался, что коммунальщина — сплошное бл…во», — ностальгический экскурс в прошлое сотворил для своих читателей Илья Константинов.

Маленькая блестящая рыбка

Оказывается в Питере до сих пор в коммунальных квартирах (коих 70 000!) проживает 250 000 семей! Матерь божья!!

Заметьте, не 250 000 людей, а 250 000 семей, то есть всяко более полумиллиона человек. И вот только сейчас Беглов дал поручение ускорить решение этой проблемы.

Сколько они будут ее ускорять? Вероятно, до второго пришествия коммунизма (после чего проблема отпадет сама собой, поскольку «коммунизм» и «коммуналка» понятия однокоренные).

Тот, кто не живал в коммуналке, никогда не поймет всей прелести непосредственной социальности. (Это когда тебе могут нахаркать в борщ или подбросить дохлую мышь в кашу. И виновника не найдешь, даже не пытайся.)

Помню, помню золотые годы коммунального детства и юности — в квартире на Лиговке, где я познавал азы жизни, в квартире на Театральной, где мастерство человеческих отношений оттачивалось до филигранного.

Одно из первых воспоминаний детства: я высовываю голову в длинный коммунальный коридор и вижу, как одна из соседок швыряет в другую таз грязного белья. Раздаются соловьиные трели мата — и таз летит обратно. Тональность ругани все выше, слова преобладают непонятные. Одно из них мне удается запомнить. За консультацией обращаюсь к соседскому пацану постарше, к Сережке: «Что такое б…дь?» — «Рыбка такая маленькая, блестящая», — лукаво скалясь, отвечает тот.

Через несколько дней мать приносит домой корюшку и начинает ее чистить. «Мама, это б…дь?!» — радостно спрашиваю я… и получаю не сильную, но обидную затрещину.

С тех самых пор в моем сознании установилась неразрывная связь между коммунальной квартирой и «маленькой блестящей рыбкой». Еще тогда я догадался, что коммунальщина — сплошное бл…во.

Но в послевоенных питерских коммуналках еще теплились человеческие отношения, а то что творится в них сейчас… боюсь даже представить.

И с этим позорным явлением, оказывается, только сейчас собираются начать бороться! После десятилетий развитого социализма, после «великого демократического правления Собчака» и на двадцать первом году путинского «вставания с колен»!

Илья Константинов