Это было и может повториться!

«Он жевал мой хлеб. Я прыгнула на него, схватила за горло. Он рухнул на пол. Я упала вместе с ним. Лежа на спине, он старался запихнуть сразу весь кусок хлеба в рот. Мужчина слабо сопротивлялся. Наконец мне удалось отнять у него все, что он не успел проглотить», — фрагмент военного дневника цитирует Яков Миркин.

 

«Так называемые правящие классы не могут оставаться долго без войны. Без войны они скучают, праздность утомляет, раздражает их, они не знают, для чего живут… Но приходит война, овладевает всеми, захватывает, и общее несчастье связывает всех» (А. Чехов).

 

Откровение военного дневника

Никто и никогда не должен произнести слово «война» с холодностью, безразлично, с отстраненностью, как будто это ни о чем, как будто это где-то далеко и не с ним. Как будто это картины — из совершенно другого мира.

Это было с нами, и может повториться с нами!

Военный дневник Елены Кочиной, учительницы, 34 лет, нужно прочесть каждому.

10 января 1942 г. «Я поцеловала ее глазки голодного волчонка. Глядя на ее личико, покрытое копотью, мне самой хотелось выть, как издыхающей волчице. Кроме поцелуев, я ничем не могла облегчить ее страдания».

12 января 1942 г. «Не оставляйте ребенка без присмотра, — шепнула, подходя ко мне, няня. — У нас бывают случаи похищения детей». Каждый понимает, зачем?

13 января 1942 г. «Он жевал мой хлеб. Я прыгнула на него, схватив за горло. Он рухнул на пол. Я упала вместе с ним. Лежа на спине, он старался запихнуть сразу весь кусок хлеба в рот. Одной рукой я схватила его за нос, свернув на сторону, другой пыталась вырвать хлеб из его рта. Мужчина слабо сопротивлялся. Наконец мне удалось отнять у него все, что он не успел проглотить».

19 января 1942 г. «Сегодня мне повстречался бак с соевым молоком, который везли в консультацию. Из бака бежала тоненькая струйка молока. Люди лежали на мостовой и сосали грязный снег, смоченный молоком. Другие, обезумев, бежали по лежащим, стараясь словить струйку широко раскрытыми ртами. Лица их были страшны».

7 февраля 1942 г. «На моей кровати лежат уже три трупа. По-видимому, соседи устроили в моей комнате морг. Ну что же, пускай: трупы мне не мешают».

15 апреля 1942 г. «Несмотря на обильную еду, люди быстро слабеют. У многих открылся кровавый понос. Некоторые ’’ходят” под себя, распространяя невыносимое зловоние. Мы требуем от врачей убрать таких больных, но те только разводят руками: все больницы переполнены ленинградцами с предыдущих эшелонов. Больные едут с нами, пока не умирают. Тогда мы просто выкидываем их из поезда на ходу».

Дневник полностью доступен по ссылке

Яков Миркин